idelson

На мой вопрос про две картинки ответило несколько человек:

marichek. Помимо этого,

sanitareugen не только ответил на вопрос (т.е объяснил, какого ответа я ждал), но и объяснил, почему он не вполне доверяет документальным подтвержениям такого ответа.

Классический историк Запорожской сечи Яворницкий ссылается на много документов о приписании важного визитера в запорожские казаки того или иного куреня. Ссылаясь на публикацию архивиста Скальковского, описавшего архивы Сечи еще в 1846 г., он приводит внушительный список таких почетных казаков: дипломата Петра Веселицкого, полтавского подкомория Павла Кочубея, графа Петра Панина, генерала-аншефа Ивана Глебова, графа Петра Девьера, графа Андрея Остермана, князя Александра Прозоровского, графа Ксаверия Браницкого и князя Григория Потемкина. Потемкин получил при записи казацкое прозвище Грицько Нечеса, видимо, из-за напудреного парика.

Из списка ясно, что практика записывания в почетные казаки была и до Екатерины II. Стоит отметить, что Панин и Потемкин были главными инициаторами роспуска Сечи. Что, сынку, помогли тебе твои ляхи?

Среди прочих, указан и сын Эйлера Христофор Леонтьевич, прибывший в Сечь летом 1770 г. для мереорологических и астрономических исследований.

Астрономической экспедицией главный предводитель артиллерии бомбардирского полку господин поручик Христофор Леонтьевич Эйлер в приезд свой в нынешнее время в Сечь Запорожскую, по его прошению в Войско Запорожское в число куреня Кущовского товарищем принят 4 августа 1770 года.

В архиве Новой Сечи Скальковский находит только один пример, когда записанный в почетные казаки вельможа отказывается от звания: