(no subject)

[idelson]

Хочу напомнить, что День Победы с 1948 г. был рабочим днем, и снова его сделали праздником уже при Брежневе - в 1965 г. Брежневу действительно было важно увековечить итоги Второй мировой войны. А что он понимал под итогами, он совершенно четко объяснил через 3 года, после вторжения в Чехословакию. Тогда в Москву привезли Дубчека и других членов Политбюро и давили на них, чтобы ону подписали просьбу о вторжении. К слову сказать, подписали все, кроме еврея Кригеля.

Что Брежнев им говорил, было опубликовано еще в советские времена. Приведу ниже большую цитату, по-моему, из воспоминаний Млынаржа (который как раз всё подписал). По-моему, потому что я ее собирал по кусочкам в Гуглбуксе:

Слова «суверенитет», «национальная и государственная независимость» в его выступлении отсутствовали. Но не было там и тех общепринятых фраз, которыми обычно официально обосновываются «общие интересы социалистических стран». Все свелось лишь к одной простой мысли: «Наши войска дошли в войну до Эльбы — и там теперь проходит наша, советская, граница». «Итоги второй мировой войны, — продолжал Брежнев, — для нас незыблемы, и мы будем защищать их даже ценой нового военного конфликта». И он откровенно заявил, что этот риск не остановил бы ввод войск в Чехословакию, но тут же добавил: «Впрочем, эта опасность нам сейчас не грозит. Я спрашивал у президента Джонсона, признает ли и сегодня американское правительство решения Ялтинской и Потсдамской конференций? И 18 августа получил ответ: что касается Чехословакии и Румынии, американцы признают эти признает безоговорочно, в отношении Югославии потребовались бы переговоры. Так на что же вам рассчитывать? Не на что. Вы надеетесь на коммунистическое движение в Западной Европе? Но оно вот уже пятьдесят лет не имеет никакого значения!» И вновь это были простые и ясные слова. Брежнев давал нам, коммунистам-реформаторам, поистине полезный урок: мы, фантазеры, рассуждаем о какой-то модели социализма, которая подошла бы для Европы, в том числе и он, реалист, знает, что это вот уже пятьдесят лет не имеет никакого смысла. Почему? Да потому, что граница социализма, то есть граница СССР, пока проходит по Эльбе. И американский президент согласился с этим, так что еще так что, вероятно, ничего не изменится еще лет пятьдесят.

В советские времена было понятно, что эта сторона Дня Победы перевешивает все остальные, если не в ощущении людей, то в официозе. Вот по этому они и ностальгируют в более доступном для них блатном стиле.