Аристотель и мистики

[idelson]

Нам даже трудно представить себе глубину потрясения, испытанного образованными людьми XVIвека, когда они осознали, что Америка – это Новый Свет, абсолютно неизвестный древним.

 

Неудивительно, что это повлекло за собой страшное недоверие к Аристотелю.

 

В 1536 году Пьер де ла Рамэ (Петрус Рамус), сын обедневшего дворянина (в России бы сказали – однодворца) – угольщика из Пикардии, нанявшийся слугой к богачу, чтобы иметь возможность учиться, - защитил магистерскую степень в диспуте на тему: «Quaecumque ab Aristotele dicta essent, commentitia esse» <Все, что сказал Аристотель – ненадежно>.

 

После этого он преподавал в маленьком коллеже в Мансе, пока в 1544 специальным указом Франциска I ему не запретили выступать против Аристотеля. Впрочем, его сразу взял под покровительство кардинал Лотарингский, а в 1547 году Генрих II назначил личным королевским лектором философии.

 

В 1560 году Рамус перешел в гугенотство, уничтожил изображения святых в своем коллеже и бежал из Франции в протестантские страны. Вернулся во Францию после Сен-Жерменского мира и был убит во время Варфоломеевской ночи. По слухам – своим главным научным противником Шарпантье (Карпентариусом) – создателем мистического учения на основе Аристотеля.

Похоже, что где-то там начинается расхождение между современной наукой и мистикой. До этого они были теснейшим образом связаны между собой. Я уже писал, как представления о том, что артерии наполнены воздухом, ушли из науки, но остались у мистиков.