(no subject)

[idelson]

В одной классической и очень талантливой советской книге герой в 1930-е годы вспоминает Гражданскую войну:

Но что это шумит впереди на дороге?
 - Хорошо!  Посмотрим!  -  гневно крикнул Сергей и  вскочил на  Пегашку, который сразу же  оказался самым лучшим конем в  этой  разбитой,  но  смелой армии.
- Плохо!  - крикнул ему вдогонку умный, осторожный начальник заставы. - Это тревога, это белые.
И  тотчас же погас костер,  лязгнули расхваченные винтовки,  а изменник Каплаухов тайно разорвал партийный билет.

- Это беженцы!  -  крикнул возвратившийся Сергей.  -  Это не  белые,  а просто беженцы. Их много, целый табор.
И  тогда всем  стало так  радостно и  смешно,  что, наскоро расстреляв проклятого Каплаухова,  вздули они  яркие костры и  весело пили чай,  угощая хлебом  беженских мальчишек и  девочек,  которые смотрели на  них  огромными доверчивыми глазами.
- Это  мой  конь!  -  гордо  сказал  Сергей,  показывая  ребятишкам  на маленького белогривого Пегашку. - Это очень хороший конь.
Но глупые ребятишки не понимали и молча жадно грызли черный хлеб.
- Это хороший конь!  - гневно и нетерпеливо повторил Сергей и посмотрел на глупых ребятишек недобрыми глазами.- Хороший конь, - слегка картавя, звонко повторила по-русски худенькая, стройная девчонка, вздрагивавшая под рваной и яркой шалью. - И конь хороший, и сам ты хороший.

А в конце книги мы узнаем, что еврейская девушка впоследствии родила герою сына и недавно погибла в застенках сигуранцы.

- Так неужели не женат?  - продолжал Шегалов и рассмеялся. - А помнишь, как в  Бессарабии однажды мы на беженский табор наткнулись,  и была там одна такая девчонка темноглазая, чернокосая...

Как-то после этого эпизода больше веришь в жестокости Гайдара, чем после дурацких изысканий Солоухина.