(no subject)

[idelson]

Собственно, мой прошлый пост был продиктован вот каким вопросом. Нынешние греки, очевидно, строят свою идентичность на мостах, проведенных в античную Грецию. А между тем, казалось бы, грекам гораздо естественнее наводить мосты с Византией. И, вроде бы, Филики Этерия в 1820 годы тоже собирались восстанавливать Византию, а вовсе не древнюю Элладу. Другое дело, что европейским читателям газет древняя Эллада была намного ближе и понятнее, чем Византия. И греки создали себе идентичность, которая обеспечивала бы им европейскую популярность и поддержку.

А меня заинтересовало, как давно это началось. В процессе поисков я наткнулся на очень симпатичную статью А. Зорина "Русская ода конца 1760-х — начала 1770-х годов, Вольтер и «греческий проект» Екатерины II", как раз подробно разбирающую этот вопрос.

В статье, среди прочего, рассказывается, как Вольтер подталкивал Екатерину к осуществлению "греческого проекта".

Те, кто желают неудач Вашему Величеству, будут посрамлены. И отчего желать Вам неудач, тогда, когда Вы отмщаете Европу. Ясно, что это люди, которые не хотят, чтобы разговаривали по-гречески, ибо когда вы станете сувереном Константинополя, вы сразу же создадите греческую академию изящных искусств. В вашу честь напишут «Катериниады», Зевксы и Фидии покроют землю Вашими изображениями, падение Оттоманской империи будет прославлено по-гречески; Афины станут одной из ваших столиц, греческий язык станет всеобщим, все негоцианты Эгейского моря будут просить греческие паспорта у Вашего Величества.

Вольтеру, конечно, не было дела до Константинополя или Иерусалима:

Если Вы, — сетовал он, — <...> все же дадите мир Мустафе, что станет с моей бедной Грецией, что станет со страной Демосфена и Софокла. Я бы охотно отдал Иерусалим мусульманам, эти варвары созданы для страны Иезекииля, Илии и Кайяфы. Но я всегда буду горько уязвлен, видя, что афинский театр превращен в кухню, а лицей — в конюшню.

В оде на начало Русско-Турецкой войны 1768 г. он всё писал о своём о девичьем:

Mais quand sous les deux Théodoses
Tous ces héros dégénérés
Ne virent plus d'apothéoses
Que de vils pédants tonsurés,
Un délire théologique
Arma leur esprit frénétique
D'anathèmes et d'arguments ;
Et la postérité d'Achille,
Sous la règle de saint Basile,
Fut l'esclave des Ottomans.
 

Но под властью двух Феодосиев
Все герои испортились,
И нет больше апофеозов,
Кроме как для злобных педантов с тонзурами
Их теологическая горячка
Вооружила их безумный дух
Анафемами и спорами;
И потомки Ахилла
Под властью Святого Василия
Стали рабами оттоманов.

 
Екатерина же, конечно, ориентировалась одновременно и на Элладу, и на Византию.

Таким образом, греческий национализм демонстрирует важный принцип: национальный проект должен быть сформулирован в такой форме, чтобы он был понятен и привлекателен широкому, главным образом, английскому или американскому читателю газет. Тогда он имеет шанс увенчаться успехом.