(no subject)
Feb. 24th, 2025 09:35 amЗабавно.
В иврите довольно много стандартных пар фраза - ответ, вроде "Шаббат шалом" ("доброй Субботы") - "Шаббат шалом умеворах" ("доброй и благословенной Субботы"), или "Моадим лесимха" ("Праздники для радости") - "хагим узманим лесасон" (то же самое).
Среди всех этих фраз и ответов выделяется странностью пара "бокер тов" ("доброе утро") - "бокер ор" ("утро - свет"). Когда я только приехал и услышал это выражение, я ему очень обрадовался, как старому знакомому. Само выражение один раз встречается в Берешит 44:3):
Утром, когда рассвело, эти люди были отпущены, они и ослы их.
Перевод убирает странности, но в оригинальном тексте там немного странное выражение "утро-свет". Но в первую очередь дело не в этом стихе, а в его обсуждении в начале трактата Песахим. Там потрясающее по постмодернистской текстологии длинное обсуждение, ставящее своей целью доказать, что всюду, где в Торе или в Мишне сказано "свет", надо понимать "ночь", а сказано "свет", потому что "ночь" - нехорошее слово, а нехороших слов надо избегать. Выражение из Мишны "ор ле-" в значении "канун" вполне вошло в современный иврит. Кстати, в этом месте в Гемаре действительно приводится арамейское приветствие "цафра наhар".
Но, оказывается, все совсем не так. В иврите выражение "бокер ор" стало популярным после детсадовской песенки, появившейся и распространившейся после 1965 г. А там, судя по всему, это калька с арабского "сабах аль-нур", которое упоминается в литературе начиная с 8-9 вв. А оно, в свою очередь, как утверждают, происходит от зороастризма. И в ранние века ислама происходили горячие теологическо-грамматические баталии, можно ли его употреблять, или это недопустимая уступка зороастризму.
В 10 в. выражение вошло в арабскую поэзию, в 12-14 вв некоторые исламские авторитеты выносили фатвы, что это выражение недопустимо, а другие говорили, что это просто устоявшееся словосочетание, и ничего такого в нем нет.
В иврите довольно много стандартных пар фраза - ответ, вроде "Шаббат шалом" ("доброй Субботы") - "Шаббат шалом умеворах" ("доброй и благословенной Субботы"), или "Моадим лесимха" ("Праздники для радости") - "хагим узманим лесасон" (то же самое).
Среди всех этих фраз и ответов выделяется странностью пара "бокер тов" ("доброе утро") - "бокер ор" ("утро - свет"). Когда я только приехал и услышал это выражение, я ему очень обрадовался, как старому знакомому. Само выражение один раз встречается в Берешит 44:3):
Утром, когда рассвело, эти люди были отпущены, они и ослы их.
Перевод убирает странности, но в оригинальном тексте там немного странное выражение "утро-свет". Но в первую очередь дело не в этом стихе, а в его обсуждении в начале трактата Песахим. Там потрясающее по постмодернистской текстологии длинное обсуждение, ставящее своей целью доказать, что всюду, где в Торе или в Мишне сказано "свет", надо понимать "ночь", а сказано "свет", потому что "ночь" - нехорошее слово, а нехороших слов надо избегать. Выражение из Мишны "ор ле-" в значении "канун" вполне вошло в современный иврит. Кстати, в этом месте в Гемаре действительно приводится арамейское приветствие "цафра наhар".
Но, оказывается, все совсем не так. В иврите выражение "бокер ор" стало популярным после детсадовской песенки, появившейся и распространившейся после 1965 г. А там, судя по всему, это калька с арабского "сабах аль-нур", которое упоминается в литературе начиная с 8-9 вв. А оно, в свою очередь, как утверждают, происходит от зороастризма. И в ранние века ислама происходили горячие теологическо-грамматические баталии, можно ли его употреблять, или это недопустимая уступка зороастризму.
В 10 в. выражение вошло в арабскую поэзию, в 12-14 вв некоторые исламские авторитеты выносили фатвы, что это выражение недопустимо, а другие говорили, что это просто устоявшееся словосочетание, и ничего такого в нем нет.