Про меченосцев

[idelson]

Когда-то моего дедушку не приняли в Бауманское училище (то есть тогда, конечно, не Бауманское, а Императорское Московское техническое училище) по процентной норме. И, видимо, из-за этой травмы он хотел, чтобы мама пошла туда учиться. Она, будучи хорошей девочкой, пошла, но, проучившись год, поняла, что совсем этого не хочет, и поступила в медицинский.

Мама ушла из Бауманского не одна, а утащила с собой подругу, дочку сельских учителей. За подругой ухаживали двое: один - такой же сын сельских учителей, а другой - односельчанин, служивший в МГБ.

Потом сын сельских учителей как-то пропал из поля зрения, и в конце концов она вышла за МГБ-шника. Мама подозревала, что МГБ-шник припугнул конкурента, чтобы его отвадить, но, вполне возможно, это ее фантазии.

Как бы то ни было, у мамы была подруга замужем за стремительно делавшим карьеру КГБ-шником.

Так вот, когда в 60-е гг вышел "Иван Денисович", все, разумеется его обсуждали. И тут КГБ-шник - его звали дядей Федей - заявил: "Солженицын оболгал чекистов!".

Собственно, на этом взрослое общение практически закончилось. У них был сын моего возраста, и последний раз, помнится, он приглашал меня на день рождения в 1972 г. Но это уж было через силу, просто из-за социальной дистанции.

Потом дядя Федя дослужился до генерала КГБ, а после выхода на пенсию написал мемуары. Они есть в Интернете, и я узнал из них, что отец дяди Феди был расстрелян в 1938 г., и что дядя Федя был по гроб жизни благодарен родной конторе за то, что, несмотя на такое пятно, она пригрела его и вывела в люди.

Я хочу сказать, что, когда дядя Федя ругал Солженицына, тот еще был лауреатом Ленинской премии на пике советского признания, любимцем Хрущева. Таким образом, преданность родному ордену меченосцев перевешивала для дяди Феди линию партии.

Не думаю, что это единственный мотив крысы при закрытии Мемориала, но у меня нет сомнений, что этот мотив тоже присутствует.