idelson

Оказывается, во время Крымской войны Мицкевич приезжал в Турцию хлопотать о создании эскадрона еврейских гусар, который бы сражался за польское дело под турецким флагом. Из хлопот в конце концов ничего не вышло по ряду причин, в том числе из-за смерти Мицкевича от холеры.

Подробно это описано в воспоминаниях Михала Чайковского (Садык-паши). Его мемуары частично переведены на русский, но воспоминаний о 1854 г. я не нашел. Нашел вот перевод на английский:

Cреди разных военных организаций, базировавшихся в это время в Турции, была также organizacja wojskowa izraelicka. Мицкевич, который был горячим сторонником взаимопонимания поляков и израэлитов, включая даже официальное равноправие этих последних, познакомился с молодым Соломоном Ротшильдом, прибывшим в Константинополь для обсуждения с турецким правительством вопросов, связанных с финансами Турции. Мицкевич и Ротшильд договорились о плане создания гусарского полка из самих польских израэлитов, с прикрепленными к ним польскими офицерами. План был представлен военному министру, и было предложено, чтобы я взялся за организацию этого полка, который должен был быть присоединен к оттоманским казакам. Сознаюсь, что, хотя я и понимал важность такой организации и для Турции, и для Польши, мне - шляхтичу и казаку по происхождению - казалось странным встать во главе израэлитских гусаров, даже и вдохновленных духом Маккавеев.

Я написал об этом своей жене.Но Мицкевич, осуждая мои шляхетские предрассудки, написал:"Если поляки у себя дома не знают или не хотят понимать своих национальных целей, если они не хотят выполнять свой долг, они должны быть замещены израэлитами, и израэлиты научат их ответственности и вернут их к нам. Мицкевич хорошо знал поляков, и едва успела разнестись весть о создании нового полка, как я оказался завален просьбами от знатнейших поляков, ведущих свой род от Пястов и Ягеллонов.Полковник М. Каменский, один из смелейших офицеров 1830-31 гг. и один из ценнейших военных в дивизии Замойского, ссылаясь на нашу старую дружбу, просил меня предоставить ему командовать израэлитским полком.

"Руководитель такого полка должен уметь воевать на поле битвы, как настоящий польский шляхтич, и вести себя в салоне Ротшильда, как настоящий польский магнат. Я доказал на войне, что я польский дворянин, и я принадлежу к высшей занати, будучи женат на графине Потоцкой."

Я передал все эти петиции Мицкевичу с тем, чтобы они с молодым Родшильдом договорились о выборе офицеров. Мицкевич совершил ошибку, отказав полковнику Каменскому и назначив командиром полка некого Беднарчика, протеже сестер милосердия.

<..>

Арман Леви, французский израэлит, сопровождавший Мицкевича на Востоке, привез мне в Шумну bogi zydowskie(?), Талмуд, священные еврейские книги, саваны, одежду, и множество религиозных предметов. Всё это стоило по меньшей мере 50,000 франков, это был подарок от семьи королей-финансистов.

Кроме того, прибыли образцы формы, с панталонами шоколадного цвета, мантией - желтого, доломаном - шоколадного, и всё это оторочено золотом. Это был красивый жест со стороны молодого Ротшильда. Адам Мицкевич говорил в шутку, что это цвета капуцинов и бернардинцев, и посему они символизируют сближение иудаизма и католичества.

Некомпетентность Беднарчика, конец войны и смерть Мицкевича привели к тому, что израэлитская военная организация заглохла в зародыше. Около 50 израэлитов, почти все из Бердичева и Мурованой Махнувки (?), уже записавшихся в полк, были приписаны к казакам, и показали себя прекрасными наездниками и смелыми воинами.