(no subject)

Только хотел написать, что, когда в 1968 г. все руководство Чехословакии привезли в Москву и заставляли задним числом подписать просьбу о вторжении - единственный, кого они не смогли заставить, был еврей Кригель, - и тут же нашел хорошую статью Бенедикта Сарнова "Моя еврейская жестоковыйность" (2002) - именно об этом.

А сам подумал, что не все так просто. Ведь московские напирали на то, что если они подпишут, они этим остановят кровопролитие и спасут много чешских жизней. Так что уступчивость Дубчека можно объяснить, как уступчивость хорошей матери из Соломонова суда, а жестоковыйность чужака Кригеля - как жестоковыйность плохой матери.

С другой стороны, московские наверняка врали, и масштабы сопротивления никак не зависели от подписи Дубчека. Соломон, полагаю, тоже не намеревался рубить ребенка.

Финляндия и Москва

Из лапландского рая мы ехали 8 часов на юг, чтобы назавтра было не больше часа до самолета. Мы с Яшкой сменялись каждые два часа, так что это было совсем не тяжело. По дороге проехали через Оулу, там свернули, чтобы отметиться на берегу Ботнического залива. Вот здесь море просвечивает сквозь ветки сосны со скрытой среди них дриадой.



( Read more... )

Вот, собственно, и все.